Prinz Eugen, der edle Ritter

Этот журнал создан в основном для комментариев «с человеческим лицом» и ответов в другие журналы — что не отменяет, однако, возможности появления тут и «отдельно стоящих» текстов, отражающих Мнение™ автора по тем или иным вопросам.

Мировоззрение людей, воспитанных (можно сказать, «выросших») на картах первого и второго типов, должно отличаться — и оно отличается. И дилетанты, и военные профессионалы оказываются зависимыми от паттернов, которые задаются методиками построения карт.

Так, для людей «восточного» карто-типа военная кампания является набором операций. Глубокие прорывы, танковые клинья, дальние рейды в тыл врага, героическая оборона в кружочке, ощетинившемся стрелочками, трепетное поклонение «котлам» и «мешкам» — всем этим страдают не только идиоты-«заклёпочники» с русских военно-исторических форумов, но и обучаемые в своих академиях русские же офицеры. Помимо собственно военной памяти (роль погромов РККА вермахтом в 1941-43 гг. в текущем состоянии военной науки России — это тема для отдельного разговора), здесь явственно видно значение тонких и длинных синих (впоследствии красных) стрелочек из военных энциклопедий и маршальских мемуаров, обильно удобривших мозг будущего офицера. Всё остальное, кроме клиньев в котлах, для такого офицера представляется второстепенным; при большом количестве офицеров с подобным менталитетом в армии все «небоевые» элементы войны отодвигаются на периферию. Логистика и мобилизационная система, психология и даже пропаганда — всё представляется побочным продуктом глубоких прорывов. Героями в армии (и обществе) такого типа являются увешанные квадратными челюстями орденов Жуковы, а фамилию начальника тыла РККА времён войны знают только специалисты-историки. Заниматься той же логистикой в такой армии приходится буквально заставлять — что мы и видим на примерах последних военных конфликтов РФ, самой яркой представительницы армий с командным и рядовым составом, воспитанном на восточном карто-типе.

Люди, воспитанные на западном карто-типе, склонны впадать в другую крайность, рассматривая военные действия просто как ещё один раздел менеджмента или теории игр. Здесь маятник качает в обратную сторону: никакие серьёзные операции считаются невозможными, пока «у последнего солдата не будет пришита последняя пуговица». Количество невоенных обозначений в символике НАТО (APP-6A), действительно, поражает воображение и, наверняка, формирует нейронные сети будущего «западного» офицера определённым образом. Когда у тебя в одном ключе обозначаются механизированная бригада и группа мирных жителей, подвергшаяся изнасилованию — трудно воспринимать войну сугубо как клинья танковых мешков. Не случайно офицеры таких армий после отставки гораздо лучше устраиваются на пенсии, чем «восточные», причём вовсе не вахтёрами или сотрудниками СБ в провинциальном банке, но аналитиками и консультантами. Сами же армии с такими офицерами и генералами обычно не испытывают проблем ни с какой стороной военного дела, кроме собственно войны. Не будет особым преувеличением сказать, что такие армии воевать не очень любят и делают это лишь тогда, когда не воевать уже просто нет возможности. Впрочем, когда всё-таки приходится, воюют они ничуть не хуже своих коллег из «восточных» армий, пусть и в совершенно другом стиле.

Так называемая «русская культура», классическая и не очень, всё то, что вне России называется собирательным понятием Tolstoevsky, для самой РФ сейчас играет особую, но очень важную роль. Это роль заложника, которым прикрываются при ведении боевых действий. Цинично выражаясь — это то, что не даёт Западу полностью вычеркнуть русских из своих рядов и относиться к ним так же, как к остальным иракцам или талибам (с соответствующими последствиями такого отношения). Каждый раз, когда перед Западом встаёт вопрос — «они же вообще не ходят как люди, не выглядят как люди и не крякают как люди — может, они всё-таки не совсем люди?» — из РФ, как гной из глазницы черепа, вытекает лебединое озеро, полное слезинок ребёнка Анны Карениной, и в очередной раз убеждает весь мир, что твари-то они, конечно, дрожащие, а право всё-таки имеют [1]. Разница с классическим взятием заложников тут лишь в том, что реальные заложники подвергаются реальной опасности, а от русской культуры уже не убудет — её, как ассирийцы пленных детей врага, можно бесконечно привязывать к своим щитам перед очередным наступлением на Запад, Восток и куда угодно. «Старший лейтенант Набоков, 138-я гв.омсбр, рабочую карту заполнил!».

Украине, как ни удивительно, но не повезло и здесь. Ей по разным причинам не удалось создать ту самую «вписанность» в западную культуру. Как следствие этого — украинцам не удалось стать там «своими» а) для людей, обладающих этой культурой и б) для людей, принимающих решения (на Западе это по-прежнему практически одни и те же персоны). Хуже того, ей только в самое последнее время удалось хотя бы начать разрушение legenda negra вокруг своего имени (как сейчас хорошо видно, всё это время тщательно создаваемой её северо-восточным соседом). Все эти украинские «оружейные бароны» в западных фильмах и проститутки в западных же сериалах появлялись не просто так: не вдаваясь в излишнюю конспирологию можно лишь сказать, что над этим работали. Ситуация не улучшается и сейчас: даже двум знаменитым братьям-боксёрам, пусть и чемпионам, очень тяжело победить Анну Павлову в сознании образованного человека, а любому западному актёру куда интереснее сниматься в «Записках юного врача», чем в экранизации «Аэропорта» или «Ворошиловграда».

В сухом итоге для современного культурного человека «там» происходящее сейчас — это милый Алёша Карамазов с Библией против дикого Тараса Бульбы с саблей. Понятно, почему украинцам так не верят — кто ещё может обстреливать роддома, как не тарас бульба из «Азова»? Ну ведь не алёша карамазов из 810-й бригады морской пехоты, ведь не может же он, ведь ему же Фёдор Михайлович раз и навсегда запретил делать всякое зло?

---

[1] Примеры, когда вписанность в западный культурный контекст спасала кого-то от проблем, были и раньше — например, Эфиопия сохранила независимость в колониальное время не только благодаря тому, что была христианской монархией, пусть и африканской — а во многом потому, что это было легендарное древнее царство, неоднократно упомянутое в Библии, и грех за его уничтожение не взял на себя никто, кроме совсем уж подонка Муссолини.

В российском легендариуме одно из центральных мест занимает миф о некоем вечном и неизбывном «предательстве» России и русских со стороны остальных стран и народов. Предательство это бывает частным (Украина/Болгария/Австрия/Мазепа/Маннергейм) или тотальным (Европа во время Крымской войны), оно может усиливаться (1991 год) или ослабевать (1945 год) — но присутствует вокруг России постоянно, как реликтовое излучение в космосе. Концепция эта, сколь есть близка и понятна для русских, столь же непонятна и удивительна для окружающих её наций и народностей, как обвиняемых в этом самом предательстве, так и временно свободных от такого обвинения.

При попытке анализа этого мифа в глаза бросаются следующие вещи:
( Read more... )